#1 Янв. 10, 2014 21:37:30

Дмитрий Ахтырский
Зарегистрирован: 2013-06-26
Сообщения: 1040
Профиль   Отправить e-mail  

Фэнтези-дальтонизм, или Бунт против свободы

Фэнтези-дальтонизм, или Бунт против свободы

Оригинал текста - на сайте Выхода.

Что это за такая “фэнтези-путаница”, вынесенная в заглавие? Дело в том, что текст сей составлен по материалам бесед с людьми, которые, как они заявляют, выбрали “темную сторону силы” и стали “сатанистами”. Как мне представляется, их мифологические и философические построения основываются на ряде ошибок, приводящих их к существенной путанице в картине мира. Почему “фэнтези”? Потому что именно этот литературно-кинематографический жанр обыгрывает борьбу “сил света” и “сил тьмы”, в которых темная сторона некоторым кажется не только эстетически привлекательной, но и этически более приемлемой. Затем модель кокретного фэнтези накладывается на реальный мир и человеческую культуру - и делаются разнообразные выводы, в которых мне показалось интересным разобраться. Этот текст, как это и бывает часто с беседами, не является систематическим и не претендует на полноту. В дальнейшем, возможно, я постараюсь его расширить и привести в более гармонический вид.



Путь правой руки и путь левой руки

Кому молился Торквемада? Многие люди, по тем или иным причинам считающие себя антихристианами, ответят - вот тому самому Богу христиан. А я отвечу - любое существо находится на своем высочайшем уровне в единстве с Богом. А вот на уровнях пониже бывают самые разнообразные искажения Его образа, в том числе и весьма серьезные. Такие, что человек может начать говорить о Боге не как о Боге свободе и любви, а как о ревнивом тиране. В пределах мифологического персоналистского дискурса можно говорить, что такие люди поклоняются антиподу Бога.

Такой сатанист объект своего поклонения выдает за Бога. Иногда четко осознавая подмену - в случае осознанного сатанизма. Иногда обманывает сам себя - в случае сатанизма неосознанного.

Под словом “Бог” я понимаю именно свободу и любовь в их высшем семантическом варианте. И именно с этой точки зрения я оцениваю (понимая, что мои оценки субъективны) явления мировой культуры - в частности, религиозные традиции. Иисус, как мне представляется, был выразителем именно этого духа - духа свободы и любви. В индийской тантре иногда различают “путь правой руки” и “путь левой руки”. Отвлекаясь от содержания этих терминов в тантрической традиции и принимая трактовку, предложенную Даниилом Андреевым, можно сказать следующее. Праворучная практика нацелена на освобождение и возрастание духа любви как самого практикующего, так и всех живых существ. Если же она ведет к усилению тирании и к угасанию духа любви - то эту практику следует считать “леворучной”.

Если реальность в некоей практике рассматривается как поприще борьбы отдельных индивидуумов, в которой побеждает сильнейший, и практикующие видят достойный путь в том, чтобы стать “царем горы” - то их практика является “леворучной”, то есть не-благой, ведущей к страданиям как самих практикующих, так и других живых существ. Если такой практикующий имеет сильную волю и другие способности - то он действительно способен заставить страдать весьма многих вокруг себя. Сам же он обречен на страдание хотя бы именно потому, что свобода и любовь в своей сути неразрушимы. Поэтому любая насильственная власть падет, “царь горы” будет свергнут. И я верю, что в итоге никакой “горы” просто не останется. Это произойдет тогда, когда рабы перестанут быть рабами, когда у этого “царя” не будет возможности поработить ничье сознание, когда не останется невежества, когда сансара опустеет.



Светлое и темное

Многие люди, обращающиеся к тому, что они называют, к примеру, “темной стороной силы”, делают это из отвращения к “тьме под маской света”. Светлыми и сияющими позиционируют себя власти всех сортов, уподобляя себя солнцу. Следует понимать, что мы тут имеем дело с самой тривиальной манипуляцией со стороны таких властей. Человек - дневное существо по биологической природе, поэтому свет у него обычно ассоциируется с благом - если только культурный опыт не “перевернул” его символический ряд, как это случается с чувствительными к молодыми людьми. Хотя и ночные существа в полной темноте ничего не увидят. А если зрение для них не существенно - то аналогом будет отсутствие восприятия звуков, запахов, температурных перепадов, радиоволн и так далее. Таким образом, “темное” оказывается невозможностью чувствовать, воспринимать, представлять и вступать в коммуникацию. Поэтому знание ассоциируется именно со светом, иногда со звуком.

Хотя следует напомнить, что многие христианские мистики оперировали понятием “Божественный Мрак” - подчеркивая, что Божество трансцендентно нашим восприятиям. Недаром последователи самых разных традиций рактиковали сенсорную депривацию - медитировали и молились в пещерах и прочих местах с относительно надежной свето- и звукоизоляцией, вплоть до сурдокамер и флоут-камер, в которых человек находится фактически в состоянии невесомости, в которых воздействие внешних чувственных раздражителей минимизировано. Тем самым я хочу подчеркнуть условность употребления символов “света” и “тьмы”.

Однако большинство людей именно с символом света связывают понятия свободы и любви. Сиянием - иногда практически видимым - часто окружен для человека объект любви. Образ же несвободы часто выражается словом “темница” - тюрьма. Вполне вероятно, это связано с переживанием перехода от третьей перинатальной матрицы к четвертой - к выходу ребенка “на свет” после прохождения родового канала. Неблагоприятное прохождение перехода, впрочем, может вызвать обратную символическую связь, особенно если первая матрица (внутриутробное состояние до семи месяцев) была пройдена удачно.

Как бы там ни было, “свет” для многих людей связан именно со свободой, любовью и познанием. Отсюда метафоры “свет разума”, которыми сплошь и рядом пользовались философы-“просветители” (затемнителями они себя, прошу заметить, не называли), многие из которых были уже атеистами.

Отсюда рождается возможность манипулировать подобными установками. Не стоит принимать за чистую монету декларативную “светлость” представителей власти. Надо отметить, что “темнушность” люциферианцев есть просто оксюморон - если учесть, что их имя этимологически восходит к словосочетанию “утренний свет”. На слова “темный властелин” люди в своем теперешнем состоянии не клюнут, не будут очарованы - в своем большинстве. Если бы было иначе - в ходу были бы выражения “ваша темность”, а не “ваша светлость”. Так что мы можем в данном случае говорить только о манипуляции общественным мнением, а не о реальных декларациях своих духовных целей. Называть инквизиторов “светлыми” в этой связи совершенно некорректно. Так же некорректно, как считать всех мировых правителей поборниками общественного блага, а потому выдавать заключение, что благо - это зло. Люди тянутся к свету, а потому манипуляторы пытаются позиционировать себя в качестве «светлых», «сиятельных», «свободолюбивых», «друзей народа». Только и всего. Просто «дневной дозор» битком набит «засланными казачками». В жизни все не так как в фэнтези-сказках. Зло прячется и маскируется под добро.



Хаос

Многие из тех, кто считает себя избравшим “темную сторону силы”, полагают себя также врагами “олимпийского космоса” и выбирают “хаос”.

Слово “хаос” - даже когда оно употребляется в современных дискурсах - сохраняет в своей семантике свои истоки. Истоки эти древнеэллинские. Слово происходит от глагола “кха” - “разверзаться”. То есть может быть переведено как “бездна”. В позднейшей греческой культуре - в философии - это слово получает новые осмысления. Хаос - некое состояние без структур. Это “ничто” - в том смысле, что хаос не есть “нечто”, о нем нельзя сказать ничего, в нем нет вещей. В философии Аристотеля это чистая потенциальность. Из хаоса может возникнуть все, что угодно. Актуальности в нем нет. В этом смысле он может быть отождествлен с “материей”, платоновским “мэоном”.

В обыденном сознании с “хаосом” связывается, однако, не это философское понятие. С хаосом отождествляются некие деструктивные силы, разрушающие сложный порядок, редуцирующие мир к более простым и грубым формам, уничтожающие культуру. Однако, к примеру, в философии Гераклита Логос как Архэ (Первоначало) связывается со стихией огня, “мерами вспыхивающего и мерами гаснущего”. Этот огонь, вспыхивая, расплавляет закостеневшие, отжившие свое формы. Таким образом, для приверженца застывших омертвелых форм этот огонь может быть воспринят как неблагой “хаос”, как минимизация блага. Но отсутствие жизни в этих старых формах само по себе является не-благом. Поэтому в каждой перемене можно выделять благое хаотическое начало - начало творческое, и неблагой хаос - силы которого пытаются препятствовать проявлению свободы и любви.

Сама свобода и любовь могут восприниматься омраченным сознанием как “хаос”, а силы, препятствующие проявлению свободы и любви - как “силы света и порядка”. Тут мы сталкиваемся с обычным проявлением ксенофобии. Ксенофобия заставляет любое неизвестное, новое воспринимать как “беспорядок”, “тьму”, “деструктивность”, как угрозу, как зло.

Таким образом, слово “хаос” несет в себе множество разнообразных, часто противоречащих друг другу смысловых нагрузок. “Порядок” был при Сталине и Гитлере. “Дурным хаосом” можно назвать войну всех против всех. Благим хаосом - или, точнее, Хаосмосом - реальность, где нет принуждения, где творческий дух не задавлен алгоритмизацией, где проявления свободы и любви не скованы, с одной стороны, мертвыми структурами, а с другой - не гасятся полной недружественной атомизацией всеобщей раздробленности и вражды.



Христианство и власть

Многие антихристиански настроенные люди обвиняют христианство в сотрудничестве с тираниями. Однако все сообщество людей, называвших себя хроистианами, трудно рассматривать как целостное явление. Нет, христианство бывает разное. У Иисуса и у многих его последователей не было денег и власти. Иисус от нее просто откзался и не единожды. И предлагал ему власть над царствами… кто? Вспомните четвертую главу Евангелия от Матфея.

Проблема «псевдохристиан» возникла довольно быстро. Когда церковь стала имперской, христианами стали многие из тех, кто в других условиях никогда ими не стал бы. Некоторые – принудительно. Некоторые добровольно, но из карьеристских побуждений. Таким образом, корыстные политики стали стремиться сделать церковь строго иерархической и занять в ней верховные посты. Называть таких политиков христианами по духу смысла не вижу никакого. Разве только по некоей внешней форме – ну так она, как известно, убивает, а дух животворит.

Так что тут опять зайдет речь о том, кем был Торквемада – христианином или все-таки сатанистом. Последнее, как мне представляется, более правомерное утверждение, если смотреть под поверхность вещей, пиара и позиционирования.

Христианство Нила Сорского и Иосифа Волоцкого - не одно и то же христианство, хотя и того, и другого канонизировала одна и та же церковная деноминация. Христианином был “апостол свободы” Бердяев, к примеру. Где у него “рабская мораль”? А называть этику ненасилия рабской неадекватно. Это в высшей степени аристократичная этика, которая всех призывает встать на путь выхода из состояния рабства, из колеса “ты побил - тебя побили - ты побил - тебя побили”. Историческое христианство, как и любая традиция, многовариантно.



Лавкрафт-реальность

Для разочаровавшегося в “светлых силах” человека реальность часто становится подобна картине Босха «Большие рыбы пожирают маленьких». В этой реальности плавают «акулы» (архонты, неблагие демиурги), которые ради собственной выгоды властвуют над менее масштабными существами, используя их в своих целях. Выжить без посторонней помощи в этой реальности невозможно, поэтому приходится прибегать к покровительству той или иной «акулы», пытаясь выбрать «меньшее зло».

Непонятно, где в этой картине мира находится благо. Вся реальность, по сути, состоит из «акул». В качестве потенциальных акул люди, принявшие такую картину мира, могут воспринимать как себя, так и других людей. Развитие и познание видятся им необходимыми именно для того, чтобы стать мощной акулой. Говорится о том, что иначе – никак. Иначе съедят.

Но что, если человек, не становясь акулой, выработает в себе качества бесстрашия, внутренней свободы и прочие подобные? Если его акулам просто не за что зацепить? И что, если предположить, что среди «остальных» далеко не все являются акулами, имеющими в тебе корыстные интересы? Что, если многие существа, восходя по пути познания, возрастают прежде всего в способности помочь другим на пути достижения освобождения? Я лично считаю, что так оно и есть. Достаточно бросить играть в игры достижения власти или подобострастия перед имеющими власть. Те же, о ком я говорю, если и имеют «власть» - то это только власть любви, которая никого ни к чему не принуждает, а напротив, помогает преодолевать оковы принуждения.



Христианство против прогресса?

В упрек христианству ныне ставят и то, что оно “препятствовало и препятствует прогрессу”. Рассмотрим и этот взгляд.

Что такое “прогресс вообще”? Это какой-то сферический конь в вакууме. Взгляд, согласно которому любая новизна пагубна, существует - но к существующим мировым религиям имеет весьма опосредованное отношение. Такой взгляд был характерен скорее для более ранних фаз развития человечества, для родо-племенного мифологического сознания. Естественно, этот взгляд никуда не делся. Отсюда предпочтение “стабильности” у рядового обывателя. Хотя и у него периодически возникает ощущение, что “нехай гирше, абы инше” (“пусть хуже, зато иначе”).

А вот существующие мировые религии - “религии откровения” - это было явное и масштабное новшество. Происходил слом родо-племенного мифологического сознания. Радикально менялись прежние социальные и мировоззренческие установки. Не будем забывать знаменитую фразу из “апокалипсиса Иоанна” - “се, творю все новое”.

Конечно, идея прогресса, прогрессистская мифология оформились позже, в Европе XVII-XIX вв. Этот миф утверждал, что золотой век будет в будущем, что история и универсум в целом развивается по поступательной, к более благому состоянию. Однако еще в XI веке появилось учение Иоахима Флорского о наступающем тысячелетнем царстве праведных (милленаризм) и о грядущей эпохе Третьего Завета с Духом Святым. А в Новое время реальностью стал технический прогресс, который подкрепил прогрессистский миф. Сторонниками религиозного эволюционизма были многие философы-христиане. Творцами концепции эволюции стали философы-романтики типа Шеллинга, кумира русских религиозных философов.

Оппоненты этого мифа педалируют другие научные концепции. Сторонники “мифа деградации” делают упор на второй закон термодинамики, на “энтропию”, которая, с их точки зрения, свидетельствует о деградации универсума во времени.

Каждая трансформация многоаспектна и многовекторна. Любая перемена имеет различные аспекты. Поэтому каждую перемену следует рассматривать отдельно, во всей ее сложности. В процессе трансформации обыкновенно бывают и элементы интеграции, и элементы деградации.

Примерно так же обстоит дело и с “патологическими и несправедливыми формами общественного устройства”. Какие формы являются нормальными, здоровыми и справедливыми - вопрос очень непростой. Тот самый вопрос критериев оценки. Аристотель не был христианином ни разу, и утверждал, что рабу хорошо и правильно быть рабом, поскольку раб имеет разума ровно настолько, чтобы понимать приказы хозяина, но самостоятельно разумно мыслить раб не может. Именно христианство на западе и буддизм на востоке наносят удар по сословному сознанию. И именно христиане-протестанты и совершают на западе великую социальную революцию.

Но, естественно, когда христианство стало общеимперской религией в свое время, в нем усилились охранительные тенденции. Повторяю, что рассматривать христианство в вопросе поддержки той или иной социальной системы как единое целое - некорректно. Один мой знакомый глубоко воцерковленный православный утверждает, что идея разделения властей на три ветви является глубоко христианской идеей, манифестирующей в социум идею троичности. Автор идеи разделения властей - христианин Джон Локк.



Бунт против свободы

Раннее христианство не включало человека в иерархию - и, тем более, не делало человека “рабом иерархии”. Иисус говорил ученикам: “Не называю вас рабами, но друзьями”.

Иисус выводил человека из рабства. И если какие-то люди пытались рабство закрепить, и при этом называли себя христианами - это их проблемы. Христианством я называю то, что идет от духа Иисуса. Остальное - христианством могу назвать только в кавычках, или “историческим христианством”. Или вообще христианством называть не буду. Вот Федор Синельников называл “христианских ортодоксов ”халкидонитами“ - поскольку их учение в основных чертах было утверждено на Халкидонском соборе.

Суть христианства в моем понимании - свобода и любовь. Бунт против свободы - такое бывает, если бунтующему не хочется, чтобы его окружали свободные существа. Об ”иерархии“ можно говорить тут не как о иерархии власти, а о степени реализации духа свободы и любви. ”Высшие“ в ней - не командиры и не господа. А друзья и помощники. но только в том случае, если те, кому оказывается помощь, ее хотят принять. Насильно ничего не навязывается. Но и в этом смысле об иерархиях лучше не говорить. Слишком опасно, поскольку в сознании человека, зараженном болезнью власти, силовая иерархия привычна и понятна, а ”иерархия любви“ - нет.

Провиденциальность есть именно то, что выводит человека из-под принуждения сил, которые хотят использовать человека как средство. Социальных или трансфизических сил.



Обезличивающая псевдо-индивидуализация

Считающие себя ”вставшими на темную сторону силы“ часто утверждают, что этот путь способствует их полноценной индивидуализации. В связи с этим они решают культивировать свое ”эго“ и декларируют свой ”эгоизм“ или ”эгоцентризм“ как путь. Однако суть ”ложного эго“ (эйцехоре, ”семя зла“ в живом существе), как мне представляется, не то, что делает человека самим собой, неповторимой индивидуальностью. Неповторимо индивидуальна монада, высшее ”я“ живого существа, которое не отделяет, а соединяет его с другими существами в любви и свободе, а не эйцехоре. Эйцехоре же - семя не индивидуальности, но противопоставления себя остальным индивидуальностям, которое порождает тиранию. Это жажда господства или рабского подчинения, или (чаще всего это идет в одном флаконе) того и другого вместе.

Эйцехоре разделяет существ, но разделяет их именно во вражде. Оно не индивидуализирует, но обезличивает. Два гопника, выясняющих отношения друг с другом, похожи, как две капли… воды ли? То, что в них омраченного, гопнического, разделяющего их на две враждующие стороны - похоже друг на друга, это просто штамповка по одному достаточно примитивному образцу.

Поэтому путь, на которым стоит каждый конкретный человек, называющий себя ”христианином“, является чаще всего смешением пути левой руки - ведущем к тирании и рабству - и путем правой руки, ведущим к свободе и любви.

Существуют доктрины индуистов, для которых самопознание явлется сотериологической целью. Их цель, понять, что такое ”Я“. И они говорят, что это ”Я“ скрыто за множеством налипших напластований, которые ”Я“ не являются ни в коем разе. Это своего рода наведенные состояния, страхи, желания и прочее. Они присутствуют в психике. И если не отрефлексированы, то человек ошибается, и эти состояния и вытекающие из них ментальные построения принимает за ”Я“. Один отождествляется со своим физическим телом, другой - с эмоциональным составом. Для одного главное - что он болеет за московский ”Спартак“. Для другого - что он представитель гетеросексуальной группы мужеского пола определенного этноса.

С точки зрения ”религиозной виртуозности“, подлинное ”Я“ человека либо совпадает с божественным ”Я“, либо находится с ним в нераздельном контакте. Подлинное ”Я“ - это сама человеческая совесть. Именно ее имеют в виду, когда говорят, что свое низшее ”я“ нужно свергнуть с трона как узурпатора.

Жажда славы, богатства и власти - это не ”я“. Это болезнь. Впрочем, так же, как и страх, трусость, ступор, рабская психология. Это две пропасти, между которыми надлежит пройти. Это словно раджа и тама-гуны в индийской мысли. Если страхами подданных манипулируют властители - надо избавляться от страха, но не развивать в себе качества-антиподы, то есть гордыню, жажду власти и прочее. Ну, допустим, станешь ты таким же, как эти властители. И все равно придется искать место в их иерархии. Цель - не быть под их властью, но не стать как они. Иисус был пленен и убит, но власти над Его духом убийцы не имели. Он от власти отказался. Властью в свободу и любовь не загонишь.



Два смысла слова ”сатанизм“

Итак, под словом ”сатанизм“ можно понимать два разных явления.

Первое - сатанизм в том значении, которое вкладывал в это слово Даниил Андреев. Служение злу, тирании, несвободе, угашение духа любви и творчества. Может быть как осознанным, так и неосознанным. В этом смысле любой непросветленный человек в той или иной степени сатанист, в той степени, в которой стремится к не-благому.

Второе - ”сатанизм“ (”люциферианство“) как мифологическая система. Она не является единой. Существует множество ее вариантов. Основные разновидности таковы: 1. Мир создан злым демиургом. Против него поднято восстание в целях прорыва к благу. 2. Мир - война всех против всех. Создатель мира - сила, которая не нравится. Бунтари - тоже сила, которая нравится. В борьбе хороши все средства. 3. Распространено также позиционирование себя как ”сатаниста“ с целью эпатировать общественное мнение.

Однако следует понимать, что загвоздка тут вовсе не в именах. Можно черное называть белым, а белое - черным. Свободу - рабством, а рабство - свободой. Важно не заиграться и не запутаться. И если вокруг лицемеры, которые творят зло и называют его добром - это не повод для того, чтобы в качестве бунта отвергнуть благо не по названию, а по сути.

Даниил Андреев, к примеру, называл Сталина осознанным сатанистом. Однако позиционировал себя Сталин как марксиста. Доктрина Маркса не подразумевает наличия персонифицированного духа зла. Относительным злом в марксизме считаются силы реакции, но их поражение предопределено ходом исторического процесса. Марксисты себя отождествяли не со злом, а с добром.

Осознанно или неосознанно, демоническим силам, по Андрееву, служили некоторые деятели христианских церквей - инквизиторы, например. Таким образом, сатанизм может быть осознанным или неосознанным.

Главное же - сатанист в андреевском смысле слова вполне может ”князя мира сего“ называть ”богом“, а истинного Бога блага, свободы и любви - дьяволом, а носителей образа благого бога - ”богоборцами“ и ”сатанистами“.

Человек же, объявляющий себя сатанистом, вполне может не поклоняться дьяволу в андреевском смысле слова. Ему может быть дорога идея протеста против неблагих моментов в мироустройстве, которых предостаточно. То есть следует разобраться, какие значения у каждого конкретного человека стоят за словами ”бог“ и ”дьявол“.

Вот такая вот путаница имеет место быть в современной мифологии.



Не в силе Бог, а в правде

Напоследок процитирую Николая Бердяева, чтобы прояснить вопрос, Кого свободомыслящие христиане считают Богом:

”…к Богу неприменима низменная человеческая категория господства. Бог не господин и не господствует. Богу не присуща никакая власть, Ему не свойственна воля к могуществу, Он не требует рабского поклонения невольника. Бог есть свобода, Он есть освободитель, а не господин. Бог дает чувство свободы, а не подчиненности“

”Бог не есть сила в природном смысле, действующая в пространстве и времени, не есть господин и правитель мира, не есть и самый мир или сила, разлитая в мире. Лучше можно сказать, что Бог есть Смысл и Истина мира, Бог есть Дух и Свобода…»7. «…Бог не есть ни господин, ни властитель. Дурным космоморфизмом было перенесение на Бога категории силы. Но Бог совсем не есть сила в природном смысле слова. Бог есть правда. Культ Бога как силы есть еще идолопоклонство…“

Надеюсь, что этот текст может послужить хотя бы отчасти прояснению путаницы, которая образуется в головах многих молодых людей, любителей фэнтези, магии, мистики и оккультизма, вокруг слов ”добро“ и ”зло“, ”светлое“ и ”темное" и других подобных противопоставлений.



Особое мнение профессора Арчибальда Мессенджера

Офлайн

#2 Янв. 17, 2014 07:30:38

Leon
Зарегистрирован: 2014-01-02
Сообщения: 220
Профиль   Отправить e-mail  

Фэнтези-дальтонизм, или Бунт против свободы

Митя Ахтырский" post=894
Фэнтези-дальтонизм, или Бунт против свободы

Оригинал текста - на сайте Выхода.

Надеюсь, что этот текст может послужить хотя бы отчасти прояснению путаницы, которая образуется в головах многих молодых людей, любителей фэнтези, магии, мистики и оккультизма, вокруг слов “добро” и “зло”, “светлое” и “темное” и других подобных противопоставлений.

Митя, а вы не видите в этой путанице тенденцию? В этой сознательности смешения понятий света и тьмы, добра и зла? Интересно было бы проследить как эта тенденция возникала и набирала силу и в литературе на разных яхыках.
В русскоязычной литературе я вижу одним из основных источников этой аберрации роман “Мастер и Маргарита”. В свое вреня в дискуссии с Яковом на US я писал о своем отношении к роману.

Отредактировано Leon (Янв. 19, 2014 00:38:27)

Офлайн

#3 Янв. 20, 2014 07:36:31

Дмитрий Ахтырский
Зарегистрирован: 2013-06-26
Сообщения: 1040
Профиль   Отправить e-mail  

Фэнтези-дальтонизм, или Бунт против свободы

Леон, конечно, вижу тенденцию. Некоторые смешивают сознательно, некоторые бессознательно. Да и есть в чем путаться, надо сказать. Материи все не простые.

Очень интересно было бы эту путаницу прояснить. Я только слегка прикоснулся к проблеме. Огромная и важная тема, связанная еще с древними мифологиями. И аберрации начались давно - когда правители себя “светлыми” стали называть. Например.

А насчет “Мастера и Маргариты” я с Вашей точкой зрения в главном, кажется, согласен. Помню, мы эту тему обсуждали при личной встрече.



Особое мнение профессора Арчибальда Мессенджера

Офлайн

Board footer

Модерировать

Powered by DjangoBB

Lo-Fi Version